ЖУ-И ТАЙЦЗИ-ЦЮАНЬ. ШКОЛА ВИКТОРА СЯО. ХРОНИКА. ВИКТОР СЯО И ГУСЕЙН МАГОМАЕВ

11 февраля в Москве прошла встреча нашего мастера-учителя Виктора Сяо с бессменным руководителем государственной общеобразовательной школы-интерната боевых искусств «Пять сторон света» при министерстве образования Республики Дагестан, тренером сборной России по ушу-саньда Гусейном Магомаевым. Ниже — отрывок из воспоминаний на эту тему Виктора Сяо и репортаж Владимира Ивашина на сайте «Вести — Северный Кавказ» (эксклюзив). Из воспоминаний Виктора Сяо С Гусейном Магомаевым мы познакомились, сначала заочно, в середине 80-х годов через активное посредничество Галины Вениаминовны Куликовой, одного из руководителей бывшего ССОДа и многолетнего друга нашей семьи. Затем Гусейн приезжал дважды на учебу в Китай. Я привел его в Бамбуковый Парк, где мы занимались с моим учителем мастером Ши Мином. В отношении к тайцзи-цюаню и к развитию традиционного ушу мы нашли друг в друге единомышленников, и у нас завязалась многолетняя дружба. Он пригласил меня поучаствовать в Первом всесоюзном семинаре по ушу, запланированном Федерацией Ушу прежнего Союза на лето 1990 года на Кавказе. В результате получилось так, что мы появились на этом семинаре в составе четырех специалистов по ушу (двух представителей спортивного ушу и двух «народников») как первая официальная группа мастеров, направленная в Союз Китаем. Это мероприятие проходило на туристической базе в Терменлике под руководством Федерации Союза в лице председателя Федерации Владимира Ивашина и двух замов — Гусейна Магомаева и Фархада Аджибаева. Семинар прошел на редкость успешно и продуктивно, в идеально дружелюбной атмосфере. Гусейн говорит, что до сих пор получает письма от участников того семинара, где они продолжают делиться своими незабываемыми впечатлениями от тех занятий. То же самое происходит и при встрече наших мастеров в Китае. Кроме того, кое-кто из участников кавказских занятий приезжает ко мне в Пекин, кто-то выходит на связь через Интернет; через него же мы переписывались некоторое время и с сыном Магомаевых Антоном, и в один из московских заездов удалось поздравить его с женитьбой. Один из участников семинара — Андрей Кострица из г. Орла — с 2005 года вновь примкнул к моей школе вместе со своей группой и стал инструктором. Весьма положительно отзывались о результатах семинара и Госкомспорта Китая, Ассоциация и Академия Ушу Китая. К концу семинара Федерацией Союза было принято решение создать в Москве два центра: Центр Ши Мина и Центр Юцзуна (мастера традиционного китайского массажа — второго, кроме меня, «народника»). Год спустя уже готовилось посещение России Мастером Ши Мином со всем костяком его школы, но пошел развал Союза, отказали прежние спонсоры, и все планы разладились… Следующая встреча с Гусейном состоялась уже 8 лет спустя, когда я начал создавать школу Ши Мина со своим личным направлением в Москве. По его приглашению я слетал в Дагестан, посетил в Халимбек-ауле его школу, зачатки которой видел еще в 1990 году. Нельзя было не подивиться упорству и воле Гусейна и его жены Ольги, сумевших в неимоверно трудных условиях построить школу, добиться поддержки местных властей и неуклонно двигаться к намеченной цели. За неделю моего пребывания у нас прошло много душевных бесед. В усадьбе готовились к свадьбе Мадины Магомаевой, дочери Гусейна, смех которой колокольчиком звучит у меня в ушах с того памятного семинара, когда ей было неполных 17. А много лет спустя мы встречались с ней в Америке. Я провел несколько занятий с молодыми учениками Гусейна. Время в Дагестане было довольно тревожное, и я вернулся в Москву, а затем улетел в Пекин. Потом мы надолго потеряли друг друга. Он приезжал на соревнования в Китай, но не в Пекин. А я, полностью сосредоточившись на традиционном тайцзи-цюане, перестал участвовать в наших спортивных мероприятиях по ушу, поэтому мы не пересекались. В позапрошлом году прошли слухи, что кто-то из русских спортсменов по саньда неплохо проучил наших «королей саньда». Наши традиционщики позлорадствовали по этому поводу — мол, кто вас просил уходить от наработанных традиционных методов?.. Один из них попросил меня узнать, кто же тренер русского победителя. Выхожу в Интернет, нахожу ролик, смотрю: так это же Гусейн! И вот в прошлом году в ноябре, наконец, Гусейн с Ольгой приехали на международный турнир по ушу, который проводился в Пекине. Они позвонили, пришли в гости, и — будто продолжилась вчерашняя беседа! Я успел вместе с женой Яцзы посмотреть лишь конец соревнований, на которые для встречи с Гусейном попросил своих пекинских русских ребят Володю и Машу привести своего первого учителя по тайцзи-цюаню Макена Исакова с женой Надеждой (это был последний день их стажировки у Мастера Фэн Чжицяна); к нам примкнул и Юцзун. Ужин вместе, рядом с гостиницей, где они остановились. Ужин, по атмосфере очень напоминающий те далекие семинары в Терменлике… Чем-то похожий на его продолжение. А подарок Гусейну пришлось готовить долго. Лишь в прошлом году у меня появились технические возможности сбросить на диски видеозаписи с кавказского семинара. DVD оказалось более 20 — история сохранилась. Пообещал передать копии уже в Москве. И вот 11-го февраля мы встретились опять, но этот раз уже в Москве. А репортаж написал тот же наш Володя Ивашин. И все мы чуть-чуть повзрослели, и все мы до мозга костей — те же, что и были. И все еще впереди.

«Вести — Северный Кавказ» (перейти) В Дагестане изучают наследие китайских мастеров боевых искусств В конце прошлого века в России отмечался бурный всплеск интереса к восточным единоборствам. В наши дни сообщения о прибытии в Россию мастеров или целых коллективов знатоков единоборств из Китая уже не вызывают былого ажиотажа. Однако интерес к восточным боевым искусствам в России сохраняется. Подтверждением тому — успешная деятельность республиканской государственной общеобразовательной школы-интерната боевых искусств «Пять сторон света» при министерстве образования Республики Дагестан. Она была создана в 1995 году и расположена в селении Халимбек-аул Буйнакского района. На днях ее бессменный руководитель, тренер сборной России по ушу-саньда Гусейн Магомаев встретился с основателем гуманитарного направления тайцзи-цюань мастером Сяо Вэйцзя. На этой встрече присутствовал и корреспондент информационного сайта «Вести-Северный Кавказ». Он попросил мастеров рассказать об уникальной системе тайцзи-цюань и ее изучении в России. Корреспондент: Мастер Сяо, прежде всего, что такое тайцзи-цюань? Виктор Сяо: Тайцзи-цюань — это психофизическая гимнастика. Она дает возможность, с одной стороны, применять боевые эффекты по принципам тайцзи, где мягкое или слабое побеждает твердое или сильное. А с другой стороны, дает прекрасный оздоровительный эффект. Корр.: Интерес к изучению тайцзи-цюаня отмечается во всем мире. В.С.: Да, как только в мире узнали, почувствовали ценность этой практики, все большее число людей стало стремиться приобщиться к ней. Длительное время в Китае тайцзи-цюань находился в узких рамках семейных школ. Но как только был разработан спортивный, упрощенный стиль, пошла популяризация тайцзи-цюаня в Китае и далее во всем мире. А это, в свою очередь, породило и интерес к тем живым традициям, которые еще сохранились. Корр.: Вы говорите — «еще сохранились»… В.С.: Да, многое уже утрачено. Мне кажется, что в самом Китае упор на зрелищность, упрощенное спортивное понимание тайцзи-цюаня привели к отрыву техники исполнения от культурной почвы. А ведь именно глубокая традиционная китайская культура породила этот феномен. Корр.: И вы полагаете, что распространение тайцзи-цюаня в России поможет исправить положение? В.С.: Да. В Китае мы ведем исследовательские работы. Но у меня и на Россию в этом отношении большие надежды. Россияне — люди настойчивые. Если они за что-то берутся, то берутся всерьез. Не все, конечно, но какая-то часть умных людей начинают изучать предмет глубоко. Гусейн Магомаев: Мы много лет были ограждены от влияния великих культур. Многое у нас было под запретом. Как только возникало понятие иной идеологии — все отметалось, все запрещалось. Да все восточные единоборства были под запретом, как «чуждые народу». В.С.: Россия ведь находится в Евразии. Поэтому россияне обладают уникальными качествами. Им присущи как западное аналитическое мышление, так и непосредственные, интуитивные познания, свойственные азиатам. А это как раз самые благодатные условия для тайцзи-цюаня, потому что изучение этой системы требует и того, и другого. Корр.: Как началось ваше знакомство с Россией? В.С.: Лично мое –— с Кавказа. С приезда Гусейна Магомаева в Китай. Г.М.: В 1988 году я был официально направлен Госкомспортом СССР на обучение в Академию ушу КНР для изучения тайцзи-цюаня и других видов ушу. Корр.: Вы уже тогда руководили школой боевых искусств в Дагестане? Г.М.: Нет, школы еще не было, не была создана техническая база. Но занятия в Халимбек-ауле уже шли. Приходили люди, приводили детей. Корр.: Вы познакомились с мастером Сяо в Пекине? Г.М.: Да. Виктор познакомил меня с народным мастером Ши Мином, у которого я также стал заниматься. И, кстати, в Академии ушу были весьма недовольны тем, что я вышел на контакт с народными мастерами. Но именно тогда и был задуман семинар в России. Мы планировали пригласить Ши Мина. Однако получилось так, что на наш первый Всесоюзный семинар по ушу в 1990 году, организованный Федерацией ушу СССР, прибыла официальная делегация Академии ушу КНР во главе с профессором Ся Байхуа. Ши Мин приехать не смог. Но в состав делегации были включены ученики народного мастера — Виктор Сяо и Лянь Юцзун. А на семинар в дагестанский Терменлик прибыли представители всех республик Советского Союза. Итоги семинара были для нас очень важны. Мы планировали продолжать проведение таких же ежегодных семинаров, расширять число участников. И параллельно создать центры по изучению тайцзи-цюаня школы Ши Мина и традиционного китайского массажа по системе Лянь Юцзуна. Но произошел распад Советского Союза. Затем войны на Кавказе — Чечня, Дагестан… Все рухнуло. Корр.: И сотрудничество закончилось? В.С.: Временно прервалось. С 1998 г. я начал работать с группами в Москве, чем положил новое начало нынешней школе. Тогда же приехал в Халимбек-аул. Там уже работала школа Гусейна – «Пять сторон света». Но положение в Дагестане все еще было сложным. Корр.: А сейчас с Дагестаном вы поддерживаете связь? В.С.: Связь с Гусейном и его школой очень важны для меня. Ведь именно с них начались мои контакты с Россией. Именно в Дагестане я понял, как надо работать в России. Здесь другие люди, другой менталитет. В Дагестане мы многое детализировали. И, я понял, что по китайским методикам здесь работать невозможно. Когда я приехал в Россию в 1998 г., я уже был подготовлен к работе здесь. Еще в Пекине я встретил профессионального методиста из России Евгения Скорнякова. И сейчас в Москве мы вместе обрабатываем методику преподавания внутренних стилей. Но начало всему положил семинар в Терменлике. Корр.: Существуют ли какие-либо препятствия на пути изучения тайцзи-цюаня? В.С.: Одна из проблем состоит в том, что описанного в легендах искусства тайцзи-цюаня уже нет. Нет той высоты. Чайник разбился, а черепки его находятся сейчас в разных руках. Так что предстоит колоссальная работа, чтобы собрать все воедино. Большая сложность еще и в том, что тайцзи-цюань сам по себе не прагматичен, не утилитарен. Поэтому вопрос: как можно наладить отношения с современным обществом, с рынком? Ведь сейчас, чтобы прожить, надо создавать продукт и направлять его на рынок. А отдача этого труда придет потом. А как сделать наоборот? Чтобы рынок сначала вложил средства в этот процесс, чтобы сначала выросло растение, а потом последовала бы отдача. Но это никак не получается. Г.М.: Для рынка это — все равно что вкладывать деньги в воздух. Люди с рыночным мышлением просто не способны понять. Ведь отдача будет нематериальной. Тайцзи-цюань дает людям здоровье, нормализацию психоэмоционального состояния. Те, кто уже занимаются, признают, что их жизнь меняется в лучшую сторону, становится насыщенней, многогранней. Но для этого надо много работать, «пахать». И, конечно же, приобщаться к первоисточникам. Корр.: Первоисточники — в Китае. Многие зададут вопрос, зачем нам заимствования иной культуры? В России есть своя богатейшая культура. Г.М.: Наследие любой культуры мира — вне национальностей, границ, рас и вероисповеданий. Оно всеобщее достояние. Вот чай — он пришел к нам из Китая. Но ведь никому в России не приходит в голову отвергать чай только на том основании, что он — порождение иной культуры. В.С.: Насколько я знаю, какие-то корни психофизических практик были и на Руси. Я встречал описания явно не китайских практик. Например, в работах о сибирских старцах. Что-то похожее существует и в Латинской Америке. Создается впечатление, что когда-то эти знания были распространены во всем мире. Просто все почему-то утратили эти знания. А китайская культура, может быть за счет своего консерватизма, эти знания сохранила и систематизировала. Корр.: Гусейн Сайгидович, а что для вас лично представляет тайцзи-цюань? Г.М.: Для меня — это очень многое. Я ведь уже не занимаюсь большим спортом. Да, я еще поеду на олимпийский турнир в Пекин, как тренер сборной России. Но это будет моя последняя поездка на соревнования. Я подготовил себе смену. Но уход из спорта — это не признак старости. У меня просто пропадает интерес. А вот тайцзи-цюань — другое дело. Интерес к изучению и практике этой системы все возрастает. И у других с возрастом происходит то же самое. К нам в школу снова приходят люди, интересующиеся тайцзи. Приезжают и из Махачкалы. Я веду занятия по тайцзи-цюаню по воскресеньям. И желающих заниматься становится все больше. Именно это направление я сейчас и буду развивать. И наконец-то займусь тем, что мы давно уже задумывали, о чем мечтали — созданием центра изучения тайцзи-цюаня.